Люди книги: Никодим Павлович Кондаков

Когда я впервые прочитала об этом человеке, меня охватила гордость за своего однофамильца и какое-то душевное родство. Захотелось рассказать о нём. А вдруг он был нашим далёким родственником, ведь фамилия-то одна - российская, сибирская, сургутская. Фамилия - духовная.



Кондаков Никодим Павлович - выдающийся историк искусства, археолог, писатель родился в 1844 году. Образование получил на историко-филологическом факультете Московского университета. Преподавал. Состоял профессором Петербургского университета, а также старшим хранителем отделения средних веков и эпохи Возрождения в Эрмитаже. В 1901 году был назначен управляющим делами комитета попечительства о русской иконописи.

Н.П. КОНДАКОВ был неутомимым тружеником. С научными изысканиями он объездил практически всю Eвропу, Сирию, Палестину, Eгипет. В процессе его исследований были и археологические раскопки, и изучение письменных источников, и непосредственное знакомство с памятниками культуры и искусства. Eго трудам присущ широкий охват тем: "Мозаики мечети Кахрие Джамиси в Константинополе", "Византийские церкви и памятники Константинополя", "Русские клады", "Исследования древностей великокняжеского периода", "Памятники христианского искусства на Афоне", "Македония. Археологическое путешествие".

Изучение культуры Византии и византийского ареала - Закавказья, Балканских стран и особенно Древней Руси выявило и глубинные связи между ними, и их отличительные черты. Открытия учёного, как разноцветные камешки, складывались в мозаику. Только это была необычная мозаика. "Византология" - так называлась наука, основателем которой стал Н.П. Кондаков. До Кондакова было принято считать влияние византийского искусства на русское творчество тормозящим и омертвляющим. Учёный опроверг это мнение, строя свои доводы исключительно на фактах. Он считал, что капли "византийского дождя" упали не на сухую почву, своя культура на Руси конечно же была. Процессы взаимопроникновения породили новое, и это новое начало жить полной жизнью - русская культура впитала в себя черты различных культур Запада и Востока.

КРУПНEЙШИМ ИЗ ИССЛEДОВАНИИ зрелых лет стал труд учёного "История и памятники византийской эмали" (из коллекции Звенигородского), который, помимо высочайшего ценного научного материала, содержащегося в нём, являлся ещё и настоящим произведением искусства, на эту книгу буквально боялись дышать... Чтобы посетители Императорской публичной библиотеки могли любоваться книгой со всех сторон, не дотрагиваясь до неё, установили зеркальные витрины. А сколько слов восхищения шло в адрес её создателей со всех сторон света!

Уже в преклонном возрасте Никодим Павлович написал свой главный монументальный труд "Русская икона", для которого тридцать лет систематически отбирал письменные источники, ездил и изучал древние иконы и в больших храмах, и в заброшенных деревенских церквушках.

Первоначально книгу планировалось издать в рамках Императорской Академии наук, но революция смешала все планы - какие уж там иконы... А книга, задуманная ещё задолго до революционных бурь, подобно проросшему зёрнышку, уже выталкивала молодой росточек навстречу солнцу - в Чехии уже были изготовлены цветные клише (готовая форма для бумажного оттиска) древнерусских икон, отобранных Кондаковым для этого монументального труда. Выполнить заказ чешским мастерам не помешали ни Первая мировая война, ни перемена власти в России. Издатели обратились в Академию наук СССР с просьбой забрать клише и оплатить работу. Советские академики, уполномоченные вести переговоры с заграницей, ответили им отказом -оплачивать заказы царского времени они не собирались. Чехи были в растерянности...

А что же сам Кондаков, как складывалась его судьба в России после 1917 года? В 1918 - Кондаков, 73-летний старик, был уже в Одессе... Жена Ивана Бунина в их общем с мужем дневнике оставила запись, как они делили с Кондаковым маленькую каюту на пароходе, увозившем их из Одессы в Константинополь. Учёный покидал Родину, нагруженный тяжёлыми чемоданами. Но в чемоданах лежали отнюдь не бриллианты. В них лежала будущая книга - "Русская икона".

Сначала была Болгария - там его знали и уважали, но дела найти не удалось: одолевала крайняя нужда. Президент Чехии Томаш Масарик, кандидатуру которого Кондаков в 1890 году поддержал во время выдвижения на пост профессора славяноведения Санкт-Петербургского университета, взял академика под своё покровительство. Назначил ему персональную пенсию и оказал честь Карлову университету, пригласив туда Кондакова читать лекции по истории средневекового искусства и культуры. А впереди учёного ожидало избрание почётным президентом II Конгресса русских учёных за границей, награждение более чем 50-ю дипломами научных обществ, университетов и академий разных стран. И конечно же работа над книгой "Русская икона".

Мало сказать, что он любил иконы, он дышал ими! В книге Кондаков дал очень важное понимание русской иконы. Он писал: "Иконы пришли на Русь в X веке из Византии вместе с христианством. Византийские иконы были не только предметом поклонения, но и служили образцами для русских иконописцев. Постепенно стали возникать свои иконописные мастерские, в которых работали русские мастера. Веками накапливались своеобразные стилистические черты, складывалась русская икона. Нигде и никогда икона не играла такой большой роли, как на Руси. Всю жизнь, весь быт русского человека сопровождали иконы. Они были в каждом доме, в каждом храме, стояли на дорогах, на перекрёстках, на городских башнях и площадях. С молитвы перед иконой начиналось каждое утро, каждое дело, их брали с собой в дальний путь, в военные походы. Среди них рождались, с ними умирали. Икона всегда оставалась живым художественным организмом, в котором отражались изменения исторической жизни народа на протяжении всей истории Русского государства".

Наверное, Никодим Кондаков был всё-таки счастливым человеком, ведь не каждому было дано в то лихорадочное время заниматься любимым делом. А он занимался. Вокруг были друзья, сподвижники и ученики, которые после смерти учёного продолжили его дело...



КНИГА "РУССКАЯ ИКОНА" вышла в Праге в 1928 - 1933 годах, а до этого на английском языке в Лондоне, в 1927 году. Чешское издание финансировал министр иностранных дел Чехии Эдуард Бенеш. Таким образом, труд Кондакова являл собой как бы всеславянское единение. В предисловии к книге читаем: "С глубоким волнением приступает Семинарий (группа студентов или учёных) им. Н.П. Кондакова к настоящему изданию "Русской иконы". На нашу долю выпало счастье сделать это большое дело, дорогое каждому русскому сердцу. Особенно теперь, после всех испытаний, посланных нам Богом, радостно присутствовать при этом чуде - когда засияют наши сокровища, духовные и художественные".

Вышедшая книга была выполнена на высочайшем полиграфическом и художественном уровне. В ней чудесно сочетались изображения древнерусских икон и замечательное исследование Н.П. Кондакова. "Одно дополняло другое, и, изданные вместе, они явили собою громадное событие: русским - гордость, художникам -удивление, учёным - радость..."

Кондаков как учёный сделал многое, но самое главное, что в тот период, когда, казалось, к православной живописи утерян всякий интерес и она обречена на умирание, забвение, его усилиями всё изменилось: икона была по-новому понята и оценена современниками как часть России, её истории, как духовное явление русской жизни.

В 1928 ГОДУ Никите Ильичу Толстому в Белграде, как подарок судьбы, на глаза попалась книга "Русская икона" Кондакова. Того самого! Та самая! "Время ещё стояло сложное, через границу провозить такое было непросто. Но "безумству храбрых поём мы песню"... И книга во второй раз пересекла границу. Как когда-то, в 1920-м году, с Никодимом Кондаковым. Только теперь - с Запада на Восток... Книга вернулась домой. В 2007 году началось её переиздание в рамках мегапроекта "Книжная память России" Культурно-просветительного фонда им. С. Столярова", и, может быть, когда-нибудь она поступит в нашу библиотеку.
00:00
494